Нынешним летом защитник Иван Выдренков перешел из петербургского СКА в челябинский «Трактор». В большом разговоре с «Силой Спорта» игрок поделился впечатлениями от выступлений за новую команды, рассказал о спортивных мечтах, любимых футболистах и отношении к деньгам.
В «Тракторе» у меня появился шанс
– Что скажешь о переходе из Питера? Может, здесь сразу почувствовал перспективу, оперился, крылья выросли?
– Я положительно воспринял переход, потому что понимал: здесь у меня будет больше возможностей играть. Наверное, оперился и почувствовал уверенность – и со стороны тренерского штаба, и, оценивая общую картину в команде. Я понял, что у меня появится шанс. Глядя на нынешний состав СКА и основываясь на прошлом сезоне, мне тяжело представить, куда бы я там мог встать. А здесь получаю возможность показать себя: набирать очки, играть в большинстве и меньшинстве.
– Гордон звонил тебе до подписания?
– Мы поговорили со Скоттом уже после подписания контракта, обсудили детали и его ожидания от моей игры.
– Варианты ещё были?
– Было несколько вариантов, но с мая мы остановились на «Тракторе».
– Как удалось стать лучшим защитником на Кубке Рамазана?
– Это заслуга в первую очередь моих партнёров, которые создавали моменты. Во вторую – немного везения. И в третью, конечно, собственная работа: создал момент, бросил, забил.
– Чувствуешь большее доверие?
– Да, это явно добавляет уверенности. С каждым матчем чувствую всё больше доверия партнёров и тренерского штаба.
– Можно сказать, что с ноги ворвался в команду?
– Нет, так не скажу. Конечно, результат неплохой. Чувствую, что от игры к игре завоёвываю доверие как тренерского штаба, так и партнёров. Три гола на предсезонке дали ребятам понять, что я здесь оказался не просто так. Чувствую их поддержку, стал чаще получать шайбу в зоне атаки. Партнёры видят, что я могу бросить, довести шайбу до ворот и помочь команде создать момент. Тренерский штаб тоже стал больше доверять: где-то даже пробуют меня в большинстве – например, справа под завершение розыгрыша. То, что я стал чаще появляться в большинстве, не может не радовать. Я очень благодарен за это доверие, буду стараться прибавлять и бороться за ещё более высокое место в составе.
– Пока ты в третьей паре. Какая цель на сезон?
– Подняться выше либо просто быть, скажем, доминирующим игроком.
– Тебе и большинство дают.
– Как бы громко это ни звучало, у меня цель – быть лучшим во всех аспектах: как в атаке, так и в обороне, занять своё место и в большинстве, и в меньшинстве.
– Назови критерии классного защитника.
– Для меня защитник – это в первую очередь умение защищать. Сейчас в лиге всё чаще появляются ребята, которые нацелены исключительно на атаку. Я ни в коем случае их не осуждаю и не принижаю их заслуги – это очень классные игроки. Но для меня защитник должен прежде всего обороняться, а если он при этом умеет ещё и атаковать, то это просто находка для команды.
– Играешь слева, а справа не проблема?
– Для меня абсолютно без разницы. Буквально вчера тренер спрашивал, удобно ли мне играть справа. Я ответил, что мне всё равно, на каком фланге выходить. У меня есть свои плюсы как при игре слева, так и справа.
– Слева легче просто её по борту шмалять.
– Слева мне удобнее встречать соперника в обороне, а справа – создавать моменты в атаке. На правом фланге могу сделать чуть больше движений: это и броски в одно касание при переводе, и начало атаки в касание.
– Как играется в паре с Андреем Прибыльским? Три гола – это в том числе и его заслуга?
– Да, конечно. Мне приятно с ним играть, он очень классный парень и игрок. Думаю, у нас с Андреем получился неплохой тандем.
– Ты больше атакующий, а Прибыльский домосед?
– Я не хочу никого оценивать по таким критериям. Скажу за себя: да, я стараюсь чуть больше играть в атаку.
– Но вы договариваетесь?
– Мы без слов понимаем друг друга. Если я вижу, что он пошёл в атаку, спокойно останусь на синей линии и подстрахую его. И наоборот.
– Есть понятие «челябинский стиль». Чем хоккей «Трактора» отличается?
– С приходом нового тренера мы стремимся играть через контроль шайбы. Не стал бы называть это уральским или североамериканским стилем – это наш собственный почерк, который мы сейчас формируем. Перестраиваемся на комбинационный хоккей, который требует максимальной отдачи. У нас очень молодая команда, поэтому наша ставка – на постоянную энергию и позитивную атмосферу в коллективе.
– Контроль контролем, чип-н-флип (выброс по стеклу и парашютом) допустим?
– В определённых ситуациях это необходимо, но сейчас мы больше стараемся выходить из зоны и проходить среднюю зону через контроль. Это прямое требование.
– А в формате пять на пять можно выкинуть шайбу или только в четыре на пять?
– Можно, конечно. Иногда ситуация этого требует.
– Всех деталей тактики раскрывать не будем, но вроде как играете 1–3–1. Как тебе эта система?
– Это одна из вариаций нашего построения, но на данный момент мне всё нравится. Благодаря этой схеме мы часто перехватываем шайбу в средней зоне. Если ещё улучшим некоторые детали, думаю, нас будет очень тяжело пройти.
– Можно сказать, что вы одна из самых катающихся и быстрых команд в лиге?
– Скотт уделяет этому очень много внимания. Он постоянно требует от нас движения и при открывании, и на синей линии. Особенно на синей: он часто останавливает тренировку только потому, что защитник стоит на месте.
– Подключаться к атаке можно спокойно, если страхует центр?
– Подстраховать может любой игрок. Главное – поймать зрительный контакт, увидеть, что партнёр тебя страхует, и тогда можно идти в атаку.
– Если сравнивать стиль «Трактора» с какой-нибудь командой НХЛ?
– Мне тяжело судить, я не особо смотрю матчи НХЛ полностью — только какие-то нарезки. Поэтому сравнить пока трудно.
– А как считаешь, модель игры «Трактора» современная? Это чемпионский хоккей? Например, если сопоставить с тем же «Локомотивом»?
– «Локомотив» строился совсем иначе. Мы как команда собрались всего месяц назад, а «Локомотив» создавал свой костяк несколько лет, прежде чем начал выигрывать и брать Кубки. Так что сравнивать нас сейчас очень тяжело. Но перспектива у нашей команды точно есть.
– Вернёмся в Челябинск. Командная цель какая? Определённые круги в вас не верят, мол, будете бороться за нижние строчки плей-офф.
– В первую очередь доказать самим себе, что мы можем. Постараться забраться как можно выше в регулярном сезоне. Считаю, у нас есть все шансы попасть в плей-офф. Вижу, что кто-то в нас не верит — много видео, подкастов. Этим людям мне доказывать абсолютно нечего. Я хочу доказать себе и партнёрам по команде, что мы всё можем и у нас перспективное будущее. В этом сезоне мы должны на сто процентов попасть в плей-офф, там биться и пройти как можно дальше. А в перспективе у нас может сформироваться коллектив, который в ближайшее время способен выиграть Кубок.
«Скотт уделяет очень много внимания деталям»
– Что скажешь о наставнике Скотте Гордоне, и как твой английский?
– Мой английский пока очень слабый, но я над этим работаю и планирую взять репетитора. Чувствую, что языка не хватает не только для общения с главным тренером, но и в целом: мир движется к тому, что английский становится всё важнее. Даже в путешествиях по Европе хочется свободно разговаривать, понимать людей и качественно выражать свои мысли.
О Скотте пока могу сказать только положительные вещи. Это тренер, который уделяет много времени мелочам, уточняет все нюансы и хочет видеть конкретную схему, которую ты должен выполнять.
– Индивидуальные разговоры есть?
– Конкретно со мной индивидуальных разговоров в течение сезона пока не было.
– То есть в основном ты с его помощником Дмитрием Костромитиным общаешься?
– Да, разбираем видео после игр.
– Как у Скотта дела? В Екатеринбурге он не пришёл на пресс-конференцию.
– Насколько я знаю, почувствовал себя не очень хорошо. Больше информации команде пока не предоставляли.
– Иностранцы всегда позитивные? Даже Катчук недавно на флеш-интервью в Екатеринбурге давал комментарий, улыбался и кому-то махал за кадром. Смотрел?
– Нет, не видел, но понимаю, о чём вы, знаю его.
– Твоё мнение о лимите на легионеров, глядя на Нэйтана Легаре и его оклад в 25 миллионов судя по данным СМИ? Просто есть стереотипное мнение, что средние легионеры не нужны и занимают места наших молодых ребят. Нэйтан в полном порядке?
– Есть легионеры, которые приезжают сюда скорее отбывать номер. Но по поводу Нейтана скажу, что я очень удивлён его отношением к делу. Я вообще не знаю, сколько он получает. Если 25 миллионов, то для КХЛ это мало для легионера. Но то, как он выкладывается в каждом эпизоде, даже на тренировке, меня удивляет.
– Борис Катчук как влился в коллектив? Он чуть позже приехал.
– Думаю, ему и другим легионерам не особо сложно вливаться в коллектив, потому что много русских ребят говорят по-английски: Миша Григоренко, Никита Сошников. У них есть компания, в которой они чуть больше общаются, и это логично, чтобы не было языкового барьера. А Борис для меня очень необычный игрок. Вижу, насколько он зрячий, как выкладывается на тренировках и показывает элементы, которые русские ребята не всегда делают.
– А в команде есть переводчик? Ты говоришь, хочешь найти репетитора.
– Да, у нас есть Дмитрий Александрович Черных. Он переводит нам Скотта Гордона. Ещё есть Любовь, она больше работает с иностранцами и переводит им. Когда мы общались с Гордоном один на один, она тоже присутствовала и переводила.
– Вас в раздевалке рядом посадили?
– Нет, мне сказали, что могу занять любое место, кроме тех, что уже заняты старшими ребятами. Поэтому я сижу рядом с Легаре.
– Вот почему Нэйтан в таком порядке! Кстати, ты суеверный?
– Что-то такое есть, но я не уделяю этому много внимания, потому что суеверия могут отвлекать и мешать. Какие-то привычные вещи я делаю, но если не сделал, то сильно не переживаю.
– Например?
– Я надеваю форму с определённой стороны.
– Как атмосфера сейчас у вас коллективе?
– Я вообще комфортно чувствую себя в коллективе, ребята хорошие. Где-то могут по-доброму подкалывать. Получил золотую каску лучшего игрока и лучшего защитника матча — ребята подшучивали, но это добрый и уместный юмор. Все классные. Миша Григоренко чем-то похож на Кузю — такая же душа компании, в автобусе его постоянно слышно, все много смеются. К тому же он выступает проводником между иностранцами и русскими: у него большой опыт, он отлично знает английский. Легионеры всегда могут к нему обратиться.
– Как тебе Миша в качестве центра?
– Он лидер команды. Тренеру виднее, где он полезнее — с краю или в центре. Думаю, он хорош везде. Эффективнее всего, конечно, в большинстве на правом фланге. Его вантаймер… Особенно оттуда. Я поражаюсь, как он бросает: сколько ни смотрю, не могу понять, за счёт чего шайба так вылетает. Может, дело в клюшке и её особенностях, но, скорее всего, это просто мастерство. У него точно есть свои фишки.
– Из ветеранов кто для тебя авторитет — Радулов?
– На льду нет авторитетов — их там и не должно быть. Но в моей команде они есть: Григоренко, Светлаков, Дронов. Они постарше, и за ними нужно тянуться: смотреть на их отношение к делу, на их игру.
Дронов вообще один из лучших защитников лиги. Мне сейчас очень нравится, как он играет. И как он вколачивает шайбу — она у него просто летит. В чём секрет? У него ещё клюшка такая, в стиле Ковальчука. Может, загиб какой-то особенный? Думаю, всё дело в навыке.
Он много работал над броском. Я даже удивился, что во время предсезонки он часто выходил на лёд раньше всех, занимал зону и бросал. И после тренировок остаётся отрабатывать броски. Немногие опытные игроки так делают — и у нас, и в других командах. Многие ведь как: тренировка закончилась — и сразу домой. А он остаётся и работает, да и на арену приезжает одним из первых.
«Думал, что Челябинск грустный заводской город. Но тут все есть»
– Челябинск можно назвать хоккейным Торонто?
– Я не был в Торонто, мне тяжело сравнивать, но хоккейным городом Челябинск точно назову. Мне он очень понравился, даже немного удивил. Когда переезжал, думал, что будет немного хуже, но пока мне всё очень нравится.
– А хуже в каком плане?
– Думал, что город мне меньше понравится.
– Стереотипы?
– Да, что это город заводов, такой, знаете, грустный. А на деле здесь много мест, куда можно сходить. Я ещё не всё посетил: кафе, рестораны, развлекательные мероприятия — всё есть.
– Болельщики, может, сразу узнали с трапа самолёта?
– Нет, пока не узнавали. Но я наслышан: друзья, которые здесь играли и играют, рассказывали, что иногда в общественные места в форме «Трактора» лучше не ходить.
– И не привозить. Потому что в комментариях тоже прессуют будь здоров, особенно приезжих.
– Надо стараться не читать комментарии, потому что далеко не все люди там близки к хоккею настолько, насколько, например, тренерский штаб. Лучше буду слушать их указания, чем читать комментарии.
– Болельщики и девушки пишут в соцсети?
– Соцсети особо не веду, вообще хочу от них отказаться. Одно популярное приложение отнимает очень много времени: иногда перед сном садишься посмотреть минут пять, а проходит полчаса или час. Девушки не пишут, я занят – и не надо писать. Сердце занято. Болельщики пока тоже не пишут, думаю, мало времени прошло. Я и не стремлюсь к тому, чтобы мне выражали какие-то симпатии в комментариях.
– Сравни быт в Питере и Челябинске.
– Ничего не поменялось. Мне всё нравится, всё комфортно. «Яндекс Лавка» просто выручает. Выбор готовой еды даже больше, чем в Питере.
– А что в Челябинске лучше? Погода, как минимум?
– Я ещё не застал зиму, посмотрим, что будет. Говорят, здесь она суровая. Не скажу, что в Питере меня сильно раздражала погода. Я в основном отталкиваюсь от хоккея: мне без разницы, солнце или дождь. Если с хоккеем всё хорошо, то и всё классно. Что лучше? Пока не могу сказать, ещё не успел прочувствовать – всего месяц прошёл. Люди достаточно добрые, мне нравятся, все отзывчивые. Ни одного плохого инцидента пока не было.
– Как организация?
– Организация – топ. Есть всё, что нужно, чтобы ты работал и прогрессировал, ни в чём не отказывают.
– Где поселился?
– Недалеко от арены.
– Машину водишь, какая марка?
– Да, приехал на машине. У меня BMW пятой серии.
– Как тебе челябинские дороги, водители, таксисты? Лихачат?
– Некоторые ездят достаточно агрессивно, меня это удивило.
– В Питере спокойнее?
– В Питере всё очень медленно. Иногда даже немного раздражает, как люди тупят за рулём. Но, с другой стороны, так лучше и спокойнее – меньше ДТП. Не скажу, что я любитель погонять: сам езжу спокойно и строго по правилам. Дороги на моих привычных маршрутах – до центра или до ледовой арены – в принципе нормальные, без проблем.
Что касается проблем с бензином, в этом плане мне повезло: у меня дизель. Просто ищу заправку, где есть отдельная колонка только для дизельного топлива, подъезжаю и заправляюсь без очереди. Один раз попробовал встать в общую очередь, где заправляют бензином. Постоял минут 15, понял, что никто меня вперёд к дизелю не пропустит, развернулся и уехал.
«Роману Борисовичу могу сказать только спасибо»
– Два года в СКА под руководством Романа Ротенберга. И тренер по дзюдо Арман Адамян. Что скажешь об этапе? Тогда Александр Никишин вообще стал лучшим бомбардиром-защитником регулярки.
– Сейчас я вспоминаю то время исключительно с радостью и тёплыми чувствами. Тогда приходилось непросто: целый сезон я просидел седьмым защитником, получая минимум игрового времени. Но сегодня это воспринимается как бесценный опыт. С благодарностью вспоминаю, какие классные ребята были вокруг и с какими звёздами мне посчастливилось тренироваться. Уверен на сто процентов: та колоссальная работа на тренировках помогает мне и сейчас.
Второй сезон сложился удачнее – появилось больше уверенности и игрового времени. Затем меня командировали в молодёжную команду на усиление, и мы дошли до финала.
– Ты забил решающую шайбу в матче, где вы завоевали Кубок Харламова. Как это было?
– Это было прикольно. Помню классный момент: мы жили вместе с Семёном Синяткиным – он сейчас выступает за «Норильск». Семён тогда был капитаном команды. Я долго не мог забить за молодёжку СКА и как-то сказал ему: «Я забью победный в финале, и это будет мой единственный гол». В итоге забил второй, но он действительно стал победным. И мы выиграли!
– Насколько тяжело прыгать по лигам? Далеко не каждому игроку КХЛ дано сыграть в «вышке», а когда тебя спускают, условно, из «вышки» в МХЛ — тоже непросто?
– Это очень тяжело. Допустим, ты месяц тренируешься с основой в КХЛ, а потом тебя на одну игру спускают в молодёжку. У меня такое часто бывало, и в таких матчах я обычно выглядел отвратительно. Тяжело психологически: перестраиваешься и понимаешь, что в МХЛ совершенно другой хоккей. Ребята просто бегут, их действия порой непредсказуемы. Было непросто, но через пару игр вкатываешься и уже чувствуешь себя спокойно.
– Есть мнение, что в «вышке» сложнее играть, потому что там бывает отсечение, вдвоём или втроём шайбу отбирают, а в КХЛ чуть поспокойнее, один в один. Есть такое?
– Мне в «вышке» было проще играть, чем в КХЛ. Если сравнивать мой прошлый сезон в СКА-ВМФ с нынешним, то там действительно было легче, чем сейчас в КХЛ.
– Почему?
– Просто мастера другого уровня. Где-то у тебя меньше времени на размышления, а в «вышке» его всегда больше для принятия решения. Иногда ребят спускают из КХЛ, и соперники сразу думают: «Раз его оттуда перевели, значит, он в порядке». Из-за этого где-то опасаются и лишний раз на тебя не идут.
– Бьют где больше?
– С моими габаритами против меня не так уж часто применяют жёсткие силовые приёмы. Идёт обычная борьба, которая всегда присутствует у бортов.
– У тебя был круг новичка? Сейчас это тоже популярный тренд.
– У меня, кстати, не было. Может, в СКА думали, что я уже дебютировал в Сочи, поэтому как-то это подзабыли и без круга обошлось.
– А проставлялся?
– Нет, ужина новичка не было. Ребята иногда ставят деньги на игру в командную кассу против бывших команд. Вот такое у меня было за дебют.
– Сдавал в кассу или проигрывали, и деньги тебе возвращались?
– Честно говоря, не помню. По-моему, выиграли следующую игру. Я дебютировал с Хабаровском, в конце мне дали пару минут. А оплачивать командные ужины – куда там, зарплата по сравнению с остальными ребятами копеечная. Никто бы не стал забирать все деньги.
– Как дебют? Какую-то историю вспомнишь?
– Помню, что вышел в конце и очень сильно волновался. У меня прямо ноги тряслись, потому что я уже игр пять, может, больше, сидел и ждал момента, когда меня выпустят. Мы вели в одну шайбу. Наверное, переволновался. Вышел с Фальковским, у меня было, по-моему, две смены. В первой получил шайбу или как-то откатывался спиной и чуть не упал. Во второй отдал ему под бросок и подумал: «Забил бы сейчас – сразу набрал бы первое очко». Но нет.
– Как справляться с волнением?
– В первой смене важно совершить какое-то положительное действие: отдать точный пас, провести силовой приём или бросить по воротам – сделать что-то полезное. Это придаёт уверенности.
– Расскажи всё-таки про Армана Адамяна, тренера по дзюдо. Ходит байка, что Никишин травмировался на его тренировке.
– Он травмировался на тренировке, но не конкретно на борьбе. Мы делали прыжки на полусфере, нужно было перепрыгивать с одной ноги на другую, и он просто неудачно подвернул ногу, повредил голеностоп. Мне кажется, Арман не весь свой потенциал раскрыл в плане тренировок по борьбе. Ему выделили определённое время, и он старался максимально продуктивно что-то показать. Но мы профессиональные спортсмены, поэтому никакого экстрима быть не может. Мы, например, отрабатывали часть броска, но без самого броска – просто поднимали партнёра. Уверен, как тренер он может делать больше, просто ему нужно дать возможность.
– Какое у тебя впечатление о Романе Борисовиче осталось за те два года его тренерства?
– Роману Борисовичу могу сказать только спасибо. Именно он привёл меня в большой хоккей, дал шанс дебютировать и помог закрепиться в команде Даже когда я не играл, всё равно тренировался с основой – меня привлекали из молодёжки и «вышки» на тренировочные игры. Ему огромное спасибо, он очень много для меня сделал.
– Тренер новой волны?
– Относительно молодой специалист, который отдаёт всего себя и пытается сделать всё возможное для российского хоккея. Сейчас открывают много школ «Красная Машина» в городах, которые раньше не так сильно славились хоккеем. Я видел, что в Орле открывают школу: он ведь Никишину пообещал, что если тот выиграет Кубок Стэнли, то в Орле появится школа. Он человек слова, всегда выполняет свои обещания.
– А главный совет от Романа Борисовича?
– «Играй, забивай, играй!».
– По поводу Саши Никишина: лучший бомбардир-защитник из твоего первого сезона в КХЛ, мы его уже упоминали. Насколько ты был удивлён, что он сразу, как говорится, с ноги ворвался и выиграл Кубок Стэнли в первый сезон?
– Я не был удивлён, потому что этот парень в полном порядке. Ещё во время выступления за СКА я старался тянуться к нему. Он пример во всём: как на льду, так и в быту и общении. Отличный парень, и я очень рад нашему знакомству.
– Где подпишется, где его ждём? Сейчас идут переговоры: по инсайдерской информации он хочет 8 миллионов.
– Абсолютно заслуженно, считаю. Не буду пытаться угадать, куда он подпишется. Надеюсь, выберет лучшее место для себя и своей семьи. Скоро у него родится ребёнок — желаю всем здоровья. Надеюсь, он выберет лучший вариант и по деньгам, и по команде, и по городу, где ему будет комфортно.
– Игорь Николаевич Ларионов — минувший год ты провёл с ним. Что скажешь о нём?
– Он реально профессор. Очень много внимания уделяет деталям, короткому пасу, передаче. Я даже летом много общался с ребятами из СКА, и они говорят, что сейчас очень много внимания уделяется именно пасу. Вся игра строится на контроле. В этом году они собрали хорошую команду, много сильных исполнителей. Коля Голдобин там невероятные передачи на пустые ворота отдаёт из-под ноги. Класс. Удачи им.
– А главный совет от Ларионова какой ты запомнил?
– Он сказал мне, что плохая игра бывает у любого, даже самого лучшего игрока. Главное — правильно настроиться на следующий матч и хорошо провести его, а не продолжать расстраиваться из-за прошлых ошибок.
– Ларионов до сих пор в порядке на льду?
– Да.
– Как воспринял помещение Никиты Зайцева в список отказов? Где будет Никита, твой прогноз?
– Думаю, он останется в СКА. Даже по последнему видео из раздевалки видно, что он там с ними – стоит в пиджаке. Думаю, всё будет нормально. Это просто способ сократить зарплату, как я понимаю. Через список отказов её можно легально урезать. Клуб пытается как-то урегулировать финансы и вписаться под потолок зарплат, но это уже не наше дело. В общем, уверен, что он останется в СКА.
– Про Женю Кузнецова тоже спрошу. Вы отыграли вместе год. Какой он?
– Кузя — человек-эмоция. С ним было очень классно общаться, он отлично влился в коллектив. Я очень надеялся, что он перейдёт именно в «Трактор» — было бы здорово. Уже говорил об этом в каком-то интервью. Мне действительно хотелось, чтобы он выбрал Челябинск, но, к сожалению, Женя ушёл в другую команду. Впрочем, этот момент остался в прошлом, обсуждать его нет смысла.
В коллективе он потрясающий парень — очень весёлый, с ним никогда не было скучно. В любых поездках, будь то автобус или самолёт, его всегда слышно. Он приносит в команду исключительно позитив.
– В командный чат тоже закидывает?
– Видео вообще везде. Он всегда был на виду.
– Существует мнение, что один человек может быть «глазами и ушами» отца в питерской команде. Замечал подобное?
– Нет, в нашей команде такого точно не было. Я не слышал никаких слухов о том, что этот человек мог что-то «слить». Это обвинение абсолютно беспочвенно.
«Олимпиада — настоящая мечта»
– Кто импонирует из НХЛ?
– Расмус Далин мне нравится.
– Легенда «Баффало».
– Скоро, надеюсь, будет. Пока не скажу, что легенда, но уже близко к этому.
– У Далина вся карьера в «Баффало». Насколько это близко тебе? Может тебе провести всю карьеру в Челябинске?
– Если всё сложится, то я не против. Но, конечно, хотелось бы в будущем попробовать себя и в НХЛ, если всё получится. А так я предан клубу, в котором нахожусь. Разные ситуации бывают и у игрока, и у клуба: можно в чём-то не сойтись, кто-то может быть чем-то недоволен. Но если всё складывается, то я с удовольствием играл бы в «Тракторе».
– Я удивлён, что ты не задрафтован. Ты, похоже, позднего созревания?
– Не знаю, время покажет. Во времена моего драфта не скажу, что я сильно выделялся. Был один неплохой сезон в ступинском «Капитане», но интереса не последовало. Я и не особо ждал, что меня задрафтуют, потому что ни с кем не общался.
– Была ли у тебя мысль рвануть в Северную Америку? Звали?
– Нет, таких мыслей не было. Никто не звал, а пока не зовут, считаю, нет смысла.
– В России сейчас больше возможностей? Ещё и бан продлили.
– Да, когда у клуба есть система из трёх-четырёх команд в разных лигах и выстроена вертикаль, считаю такой вариант более предпочтительным.
– Дай бог, нас скоро всё-таки допустят. Мечта какая?
– Олимпиада, разумеется, там участвуют все сильнейшие хоккеисты из НХЛ, – настоящая мечта. Когда я смотрел финальный матч между Канадой и США, лучшего хоккея в своей жизни просто не видел.
– Овертайм чуть-чуть странный, согласен?
– Просто у канадцев выпустили сразу ребят, которые играют в атаку. Но это было мега зрелищно. Столько мастеров в одном месте – очень классно!
– Для развития хоккея это тоже классно? Это как в своё время американские студенты обыграли сборную СССР.
– Да, конечно. Это популяризация хоккея в разных странах.
«Сейчас уже нет прежней иерархии, где сильнейшими считали только Запад»
– Первая игра у вас была с «Локомотивом». Как считаешь, им по силам трижды подряд взять Кубок?
– У них очень классная команда, которая мало меняется. Да, ушли три легионера, по-моему, новые пока не подписаны – не знаю, как у них дальше сложится. Но пришли молодые парни, и очень хорошо себя проявляют.
– Там у них есть один дебютант, о котором говорят, что он липач.
– Этого я не знаю. В таком возрасте уже без разницы. Это в детстве все спорят: «он переписан, тот переписан». А здесь уже все сравнялись. Какая сейчас разница, переписан он или нет? Если у него в команде Радулов играет, ему конкурировать надо уже не со сверстниками, а со взрослыми мужиками.
– То, что в первый же игровой день чемпионата парень 2009 года Скворцов забил за Нижний, тоже ведь вдохновляет?
– Да, я удивлён. Смотрю: и в Казани молодой парень Иванов забил. Ребята вообще разошлись, все забивают. В «Локомотиве» молодой Котков забил. Это классно, что ребята так заходят, реально врываются в лигу. Я бы тоже хотел забивать в дебютных матчах.
– Давай немного о КХЛ. Как тебе идея турнира внутри регулярного чемпионата — Кубка Первых, где команды сыграют в специальной ретроформе к 80-летию нашего хоккея?
– Да, почему нет? Думаю, это вызовет дополнительный интерес. Форма прикольная, болельщикам точно должно понравиться, особенно если она потом поступит в продажу или появятся её реплики. Классно же купить такую эксклюзивную вещь.
– Что бы ты лично изменил и улучшил в КХЛ? Мы видим, что лига развивается: площадки сужаются, где-то ещё остаются «финки», а матчи по выходным начинают смещать на более раннее время — тот же Ярославль недавно играл в час дня. Может, стоит вообще все субботние и воскресные игры, например в Челябинске и других городах, проводить пораньше?
– До часа дня — точно нет. Это как в детской школе, когда играли часов в десять утра: тяжело встать и сразу поехать на матч. Сейчас хотя бы есть время немного прийти в себя. В три часа дня вообще оптимально: успеваешь нормально поесть, всё переварить и спокойно подготовиться к игре. Не скажу, что хотел бы что-то кардинально менять.
То, что предсезонка сместилась — огромный плюс. Соответственно, изменился и чемпионат. Мне тяжело сравнивать, ведь я толком не застал времена, когда предсезонные сборы в КХЛ были длиннее. По-моему, у нас был только один такой сезон при Романе Борисовиче, когда мы очень долго тренировались.
От таких длинных сборов устаёшь морально. Ты приходишь в команду, допустим, первого июля, но это далеко не первый день твоей работы — до этого наверняка уже месяц готовился самостоятельно. После окончания сезона отдыхаешь неделю, максимум две, и снова за работу. Морально очень тяжело, когда уезжаешь сначала в Новогорск на две недели, потом ещё недели на три в Сочи и долго не видишь семью.
Сейчас, когда официальная подготовка длится всего месяц, намного проще. Я так же тренируюсь полтора месяца до сборов, но делаю это дома, в комфортных условиях, в удобное время и с теми специалистами, с которыми мне нравится заниматься. В расположение команды приезжаю уже полностью готовым, и дальше мы больше работаем над тактикой и командными взаимодействиями, а не над физической формой.
– Три легионера или пять?
– Смотря какая ситуация. Если есть место в составе — пять. Если нет — три.
– На Востоке тяжелее будет играть? Всё-таки на Дальний Восток перелётов больше, да и не только туда. Как считаешь?
– Насчёт перелётов, наоборот, думаю, что здесь будет попроще. Челябинск находится ближе к центру относительно остальных городов. Из Питера нам всегда приходилось летать дальше — близко только Москва или Ярославль. А из Челябинска до той же Казани лететь всего час, тогда как из Санкт-Петербурга — три часа. До Екатеринбурга отсюда вообще можно на автобусе доехать. Мне кажется, в целом расстояния здесь меньше. Даже до Владивостока лететь ближе, чем из Питера.
Что касается конкуренции на Западе и Востоке, думаю, силы выравниваются. Время, когда ЦСКА и СКА стабильно играли в полуфинале, уже закончилось. Мы видим, что в последнее время и «Ак Барс» доходил до финала, и «Авангард» очень силён, а «Металлург» вообще выиграл Кубок. Сейчас уже нет прежней иерархии, при которой побеждают только западные команды и исключительно их считают сильнейшими.
– Тебе зашла идея перекрёстного плей-офф?
– Воспринял положительно. Я всё время хотел, чтобы это ввели в молодёжке. Интересно же сыграть с ребятами из другого дивизиона. Правда, там мы только под конец плей-офф тоже играли с Омском и Челябинском.
– Раз уж про Омск упомянул: у «Авангарда» теперь уже семь травмированных, из них четыре центральных. Удивлён?
– Нет, не удивлён. Это хоккей, здесь может произойти что угодно. У них много игроков, способных сыграть на этой позиции. Может, не на постоянной основе, но и молодые ребята зайдут, получат сейчас свой шанс. Пока есть время, ещё только сентябрь.
«Мой ментор — отец»
– Если не из хоккея, то кто твой ментор?
– Отец.
– Серьёзно, батя?
– Конечно. Каждую игру смотрит, мы созваниваемся — его мнение для меня очень важно.
– Он из спорта?
– Он мастер спорта по всем видам спорта. Да нет, сам играл на любительском уровне, а профессионально хоккеем никогда не занимался. Поэтому его мнение важно для меня именно как родительское, а не как тренерское. Он не может подсказать лучше, чем наставник, потому что не знает всей ситуации изнутри.
Очень важно разделять то, что говорят родители, и правильно это воспринимать. У меня есть знакомые ребята, которые уже играют на профессиональном уровне, но всё равно иногда ставят мнение родителей выше тренерского.
– Батя жёстко тебя воспитывал?
– Где косячил – там получал, но сейчас он уже немного отпустил. Говорит: «На этом уровне мне тяжело тебе что-то говорить». Сейчас он может оценить игру просто как зритель.
– Кто тебе катание ставил? Даниэль Бохнер в СКА шлифовал?
– Нет, мы с ним занимались, что-то дорабатывали, но есть в Питере один тренерский тандем Константин и Иван Долбилкины. Классные специалисты. Очень нравится с ними работать.
– Предсезонку проходишь с ним?
– Да. Он тренер в Питере, там и катаемся.
– Сам базируешься в Балашихе?
– Да, родители живут в Балашихе. Но сейчас у меня уже своя, так скажем, ячейка общества: живём вместе с девушкой и двумя собаками. Лето я провёл в Питере – снимал там квартиру и готовился к сезону. В Балашиху заезжал буквально на две недели, чтобы решить вопросы с учёбой, а потом снова возвращался в Питер тренироваться. Я окончил бакалавриат и сейчас поступаю в магистратуру в Москве по специальности тренер.
– Планируешь им стать?
– Прямо сейчас тренером себя не вижу. Всё равно хочется получить какую-то корочку. Лучше учиться там, где могут немного пойти навстречу и учесть, что ты профессиональный спортсмен.
– А почему нет?
– Детским тренером я себя пока точно не вижу – это очень тяжело. Мне кажется, чтобы работать с детьми, нужен особый дар, нужно всё это терпеть. А родителей терпеть, по-моему, ещё тяжелее. Чтобы работать со взрослой командой, нужен огромный опыт, которого у меня пока нет. К этому ещё надо прийти. Некоторые ребята под конец карьеры уже видят себя тренерами, хотят работать, понимают, как развивали бы игроков. Я пока этого не вижу и не знаю, что мог бы кому-то дать.
– А остаться в хоккее в качестве функционера, спортивного директора – как такая перспектива?
– Такое может быть, но я бы хотел вернуться к этому вопросу позже и более осознанно.
– Александр Бурмистров поехал в Ист-Кост и хочет совмещать хоккей с онлайн-обучением спортивному менеджменту – такой плавный переход из спорта в бизнес. Как тебе такой вариант?
– Для меня это сильнейшее решение, если он действительно хочет выучиться, а не просто получить корочку. Не знаю, насколько возможно совмещать это с игрой в Ист-Косте. Я не особо знаком с этой лигой, хотя у меня сейчас друг, Артемий Кузнецов, едет туда играть. Но стремление к учёбе в таком возрасте – это очень круто и достойно уважения.
– Истории из «вышки»: поезда, автобусы. Вспомнишь что-нибудь жёсткое или прикольное?
– Да уж, вспоминать это и сейчас тяжело, хотя времени прошло не так много. В основном запомнились ночные переезды. На поездах мы почти не передвигались — либо самолёт и автобус, либо только автобус с ночёвками в промежуточных городах. Буквально вчера списывался с ребятами из СКА-ВМФ после их матча: они как раз ночью ехали в Пермь. Это жёстко. В самолёте ещё можно как-то лечь, если свободны два-три сиденья рядом. В автобусе же почти всегда сидели по двое. Иногда нам выделяли сразу два автобуса — вот это была сказка. Можно было занять два места и устроиться пошире. А так ехать всю ночь сидя невероятно тяжело и неприятно.
– А самый жёсткий город? Может, вспомнишь что-то похожее, как в Орске: вечером выходишь из гостиницы прогуляться — темнота, и единственная вывеска «Пятёрочки» светится где-то в 500 метрах.
– В Норильске была ситуация. Мы прилетели, пока ждали автобус, у меня уже все ресницы были в инее. Я забыл наушники в самолёте, посмотрел на ребят — все мёрзнут — и решил, что не пойду разбираться, чтобы все ждали из-за моих наушников. Там тоже была полярная ночь, света практически нет. Вышел в магазин — бананы по 150 рублей. Снега просто куча. Мне кажется, жить в таком городе тяжело.
– Драки. У тебя была драка с Сашей Волковым, я смотрел на YouTube. Что-то ещё вспомнишь?
– В молодёжке дрался в позапрошлом году, и всё. Всего у меня было две драки.
«Отношение к деньгам изменилось»
– Жизненная философия Ивана Олеговича Выдренкова — что бы отметил?
– Работать, терпеть, если что-то не получается, и ждать своего шанса. А когда получишь его — цепляться изо всех сил.
– Расскажи о своих хобби. Книги, чтение — есть на это время?
– Я очень стараюсь заставить себя читать, но пока выходит плохо. Уже в две поездки подряд беру с собой книгу. Думаю: «Почитаю в самолёте», но стоит устроиться поудобнее — сразу засыпаю. Не хватает самодисциплины, чтобы читать регулярно.
– А что за книга? Что-то профессиональное, про финансы?
– Нет, обычный детектив, «Пациент».
– А если говорить о финансах: какое у тебя отношение к деньгам? Ты любишь бренды вроде Louis Vuitton, Dolce & Gabbana и Armani или мыслишь более практично — например, планируешь со временем взять ипотеку?
– Я всегда считал, что нужно больше зарабатывать, а не экономить на всём. Когда уехал из Ступино и пошли первые нормальные деньги, захотелось закрыть старые гештальты. Купил какие-то брендовые вещи, телефон… Но быстро перегорел. Сейчас условный 18-й iPhone меня вообще не манит, спокойно хожу со своим 12-м. Отношение к деньгам изменилось: импульсивные покупки уступили место крупным целям вроде собственной недвижимости. Хочется, конечно, всё и сразу, но всему своё время.
– Давай про мечту.
– У меня их две: хоккейная и не хоккейная. Если говорить про хоккей, то моя главная мечта — прославлять сборную, выиграть Олимпийские игры и играть в НХЛ. А если не про хоккей, то просто хочу, чтобы все мои близкие были счастливы и чтобы я мог помочь исполнить их собственные мечты.
– И финишируем. Кто для тебя авторитет из медийных людей? Это может быть спортсмен — например, Овечкин или Леброн, либо политик, актёр.
– Я, может быть, предложу неожиданный вариант. Мне очень понравился Илья Ковальчук. Я смотрел шоу «Титаны», и как медийное лицо он меня покорил: то, как выступил, его поведение, отношение к делу, как он боролся до конца, подбадривал и помогал ребятам.
– За футболом следишь?
– Да.
– А за кого болеешь?
– Раньше болел за ЦСКА в России и за «Барселону» в Европе, но сейчас от активного боления отошёл. В основном просто слежу за результатами.
– Месси или Роналду?
– Месси.
– Мбаппе, Месси или Холланд?
– Месси.
– Почему? Художник?
– Просто мастер. Делает на поле всё, что хочет. На чемпионате мира за ним было интереснее всего наблюдать. Никто в него уже не верил, все списали со счетов, а он выдавал перформанс в каждом матче!
